У меня появились тараканы. Не буду объяснять, что это такое. Тот, у кого их нет, все равно не поймет, а тот, у кого они есть, и так знает.

Скажу только, что они были повсюду. Не то, чтобы я с ними не боролся; наоборот, как только они появились, я довольно ретиво взялся за это дело. Начал с того, что рассыпал вдоль плинтусов какой-то порошок, купленный в магазине хозтоваров. Они разгуливали по нему, как пляжники по песку, и растаскивали по квартире. Дихлофос и "Прима" их не брали, как мне сказали, к ним тараканы уже давно не чувствительны.

Я обзванивал всех своих знакомых и получал кучу ценных советов, как с ними бороться. Советы не помогали. Полгорода было занято тем, что изыскивало для меня новейшие средства против насекомых. Наконец мне притащили флакон какой-то импортной аэрозоли, только привезенной самолетом прямо из княжества Лихтенштейн. На флаконе на шести языках, в том числе на корявом русском, было грозное предупреждение: работать только в противогазе.

Противогаза у меня не было. Я заткнул рот мокрой тряпкой, как меня учили когда-то на занятиях по гражданской обороне, и стал брызгать.

Тараканы побежали. Они, толкаясь, лезли из-под плинтусов, из щелей, толпами неслись ко мне, и подставляли свои носы, или что у них там, под ароматные струи аэрозоли. Сильные отпихивали слабых, чтобы поскорее ухватить свою порцию яда. Наиболее наглые лезли по моим рукам прямо к флакону.

Это доконало меня. Я понял, что бороться бесполезно.

Хотя, впрочем, нет. Зимой я предпринял еще одну попытку. Журнал "Химия и жизнь" напечатал статью о том, что тараканы не переносят холода, что в древности на Руси с ними так и боролись — вымораживали дом, и никаких тебе тараканов. Прекрасно, я решил воспользоваться опытом предков. Перекрыл вентиль батарей отопления, открыл настежь окна и укатил на неделю к маме.

Результат был ошеломляющий: потрескавшийся паркет, лопнувшие трубы отопления и канализации, отставшие и висящие кусками обои. А тараканы отсиделись у соседей и вернулись. И вот тогда я решил — все! Никакой борьбы! Пусть себе живут.

... О, если бы я твердо следовал этому решению. Я бы непременно следовал ему, если бы не одно обстоятельство.

Моим тараканам взбрело в голову, что моя пища недостаточно разнообразна. Они решили, что лучшая приправа к любому блюду — они сами. И они шли на самопожертвование, чтобы доказать мне это. Если раньше тараканы таскали и ели мои припасы, то теперь я сам был вынужден есть тараканов. Я, пожалуй, снес бы и это, человек ко всему приспосабливается не хуже тех же насекомых, только вот гости никак не могли привыкнуть. Особенно недовольны бывали дамы, и из-за этого я никак не мог устроить свою личную жизнь.

Ну, представьте, приходит к вам в гости девушка, садитесь чай пить; и вдруг — бац, у нее в пирожке таракан. Для вас это, конечно, ерунда, да и таракашечка-то пустяковый, махонький, съешь — не почувствуешь. А для женщины — это трагедия. Мне даже скорую приходилось вызывать.

Вот из-за этого я и принял роковое решение — возобновить борьбу.

Однажды в дверь позвонили. На пороге стоял маленький мужичонка.

— Тараканы не беспокоят?

Я понял, что это он. Ангел-хранитель, принявший грубый земной облик, дабы не шокировать меня своим великолепием. Он вытащил из кармана пузырек.

— Это витурам. Слегка побрызгайте по углам и все, тараканов не будет.

Я уж не помню, сколько шкур содрал он с меня за эту скляночку. Я отдал бы гораздо больше. Да что там, честь и совесть отдал бы.

Схватив дрожайшей рукой пузырек, я побрызгал. В тот же вечер тараканы покинули мою квартиру. Утром, выйдя на работу, я остановился, пораженный грандиозным зрелищем.

Из пяти подъездов моего дома пятью ручейками вытекали тараканы. На дороге они сливались в мощную, организованную колонну и, стройными рядами, уходили в неизвестном направлении. Многие чего-то тащили, должно быть, домашний скарб. Возглавлял колонну здоровенный рыжий тараканище из моей квартиры, за которым я охотился уже три года. Я снял ботинок и убил его. Тотчас же откуда-то выскочил другой и возглавил шествие. Ничто не могло ни остановить, ни повернуть эту колонну. И я пошел на работу.

Вечером с лестничной площадки раздался женский визг. Я выскочил из квартиры. На перилах лестницы сидела Евдокия Яковлевна из восьмидесятой квартиры и визжала. А по лестнице несся, покидая дом, поток крыс и мышей, столь же организованный, как и утреннее шествие тараканов.

Евдокия Яковлевна визжала, не переставая. Распахивались соседские двери. Женщины с воплями убегали назад в квартиры или же плюхались прямо на пороге. Мужики, устав молотить грызунов чем попало, закурили, и начали с жаром обсуждать событие. Я тихо ушел к себе, не приняв никакого участия в дискуссии.

Потом в доме стали пропадать собаки. Они радостно выходили гулять с хозяевами, но при попытке вернуться домой, рвали поводки и убегали. Кошки держались дольше. Но, однажды, и они собрались, и огромной толпой ушли прочь. Остался только один маленький котенок. Он сидел на крыше и, по-видимому, боялся спуститься. Всю ночь его жалобный писк разносился над осиротевшим домом. Утром мальчишки залезли на крышу и спасли его. Но едва они спустились на землю, котенок вырвался и убежал. Догнать его не удалось.

В воздухе мучительно повисла неизвестность. Старушки стали поговаривать о нечистой силе, молодежь — об инопланетянах. Первые пригласили попа, вторые — ученых. Поп приехал, но в дом заходить не стал — покадил издали. Ученые так и появились.

Дом наш приобрел в районе дурную славу. Над ним перестали пролетать птицы. От жителей шарахались, как от зачумленных, пускали везде без очереди, лишь бы не стоять рядом.

И я уже с теплотой вспоминал то чудное время, когда мне было так славно с моими таракашечками. Боже мой, как хорошо было бы сидеть себе в кресле, смотреть телевизор, попивая чай, приправленный насекомыми. А они бегали бы по мне, по стенам, по полу, и все было бы так прекрасно.

И вот однажды утром, выйдя из дома, я остановился потрясенный.

Изо всех подъездов нескольких близлежащих домов выбегали тараканы и сливались в стройную колонну, уходящую в неизвестном направлении...

Прошло три года. Город наш опустел. Так же, как капитан оставляет свой корабль последним, так и я покидал свой город с последним эшелоном. В памяти остались пустынные улицы, по которым ветер, тоскливо завывая, гнал обрывки пожелтевших газет - все, что осталось от бывших жителей. Уличные фонари, раскачиваясь, отбрасывали на мостовую зловещие тени.

Потом они погасли...

Все! Больше я не вспоминал о своем бывшем городе.

Мне весьма неплохо жилось на новом месте. И душа моя успокоилась.

Но вот однажды, ненастным осенним вечером, когда ветер гулко завывал в вентиляционной трубе, в прихожей резко прозвонил звонок.

На пороге стоял маленький мужичонка.

— Хозяин! Тараканы не беспокоят?...

Добавить комментарий

Чтобы ваш комментарий сразу появился на странице, авторизуйтесь, щелкнув по иконке любой социальной сети внизу. Анонимные комментарии публикуются только после проверки модератором.


Защитный код
Обновить



Яндекс.Метрика
Дизайн A4J

Карта сайта