Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, раздался стук в дверь. Корчак удивился. Привычка стучать в дверь была не в ходу среди жителей поселка, все пользовались музыкальными звонками. Он встал из кресла, открыл дверь и замер в изумлении. На пороге стоял Дабл Ви, собственной персоной, а из-за его спины торчали две улыбающиеся рыжие головки, принадлежащие Елене Глинской и Жанне Д’Арк.

Корчак оторопел. Появление Дабл Ви на пороге его дома в этом поселке, это было самое невероятное событие, которое никак не могло произойти, ни при каких обстоятельствах. Но оно произошло. Корчак часто представлял себе, что однажды он распахнет эту входную дверь и за ней будет стоять улыбающаяся Анна.

И вот он распахнул ее, и за дверью стоял нахмуренный Дабл Ви, да еще в такой неожиданной компании.

— Ну что, можно войти? — спросил Дабл Ви.

— Да, да, конечно, — Корчак посторонился, пропуская всю компанию, — присаживайтесь.

В руках у девушек были большие пакеты.

— Это — жареное мясо, — сказала Глинская, — Старик Черчиль просил вам передать. Мы по дороге заехали попировать у Старика Черчиля.

— Да, тут с утра пахло барбекю, на весь поселок, — растерянно подтвердил Корчак, — я тоже было собрался съездить к нему, но дел было слишком много.

— Это так забавно, — засмеялась Жанна Д’Арк, — мы тоже учуяли этот запах издалека, а когда приехали, оказывается, они еще не начинали. Инга решила, что мы их разыгрываем. Почему так?

— Не вы первая задаете, это вопрос, — улыбнулся Корчак, — наверное науке еще предстоит найти ответ на эту тайну. Но пока еще ни один ученый не занимался этим всерьез.

— Я — займусь, — воскликнула Жанна. — Я обожаю тайны. И теперь, когда я свободна, я буду разгадывать все тайны, что попадутся мне на пути!

— Жанна остается здесь, в этом поселке, — пояснила Глинская, — я лечу отсюда дальше, на историческую конференцию в Уадан. А Жанна будет организовывать тут у вас школу стюардесс. Конфедерация заинтересовалась нашим опытом использования дирижаблей, говорят, это экономически очень выгодно. Будут в будущем создавать флот дирижаблей, потребуются стюардессы, а Жанна организует их подготовку.

Корчак растеряно опустился в кресло.

— Вы меня простите, — сказал он, — но я совершенно не понимаю, что происходит. Я тут жил в изоляции, информации о событиях в большом мире сюда почти не доходит. Я совершенно ничего не знаю. Что случилось, как вы оказались здесь.

— Я — капитулировал! — сказал Дабл Ви. — Я выбросил белый флаг, как говорили в старину. Капитуляция — это ведь не измена! Когда противник силен настолько, что дальнейшее сопротивление не повлечет ничего кроме бесполезных жертв, даже военные уставы предписывают капитулировать. В этом случае сдача противнику рассматривается не как измена, а как проявление разумной целесообразности.

— Ой, — засмеялась Глинская, — вы не еще заметили, Дабл Ви, что каждый раз, как только вы встречаете нового человека, вы первым делом объясняете ему, что не совершили измены, когда передали лагерь в наши руки?

— Нет, — строго сказал Дабл Ви, — я это объясняю не каждому, а только людям чести. Это вам, гражданским без разницы, а для военных, и для тех, кто понимает, что такое честь, подобные мелочи очень важны. От этого зависит, будут ли тебе подавать руку в старости или будут делать вид, что не замечают тебя.

— Это правда, --- воскликнула Жанна, — тот веселый человек, что помогал нам добраться до поселка, ему Дабл Ви ничего подобного не объяснял.

— Вот еще, — усмехнулся Дабл Ви, — вот уж перед кем я не буду отчитываться, так это перед бывшим капо барака. Я конечно узнал его, этого вашего друга Ньютона, Ян.

— Ньютона? — ахнула Жанна, — того самого Ньютона? Этот милый парень, что сопровождал нас, это тот самый Ньютон, о котором говориться в благих вестях?

— Он самый, — улыбнулся Корчак, — только он сменил имя, и теперь его зовут Браун. Он будет вам благодарен, если вы тоже будете звать его Брауном.

— Так вот почему он показался мне таким знакомым, Ньютон из Благих Вестей, — задумчиво сказала Жанна, — как будто я знала его много-много лет, с самого детства и только сейчас встретила после долгой разлуки.

Заиграл дверной звонок.

— О! Кто-то еще пришел, — сказал Корчак, — хотя я никого не жду.

— Это он! Ньютон! — воскликнула Жанна, — он обещал показать нам мой дом.

— Жанне департамент воздушного сообщения выделил для проживания целый дом! — сообщила Глинская. — Она не может понять, что это такое, Ян, — у нее даже своей комнаты никогда не было, и вдруг — целый дом!

За дверью и правда был Ньютон. На лице его сияла какая-то совершенно нехарактерная для него дурацкая улыбка, растянутая до ушей.

— Для экскурсии все готово, милости просим! — торжественно провозгласил он.

— Я, если позволите, останусь здесь, — сказал Дабл Ви, — будто я жилых домов не видел.

Когда все ушли, он облегченно вздохнул и вытянул ноги.

— У вас не найдется чашечки кофе, Ян? Не знаю, может моя холостяцкая жизнь тому виной, сообщил он, — но выносить в течение двух недель непрерывное стрекотание этих двух этих рыжих сорок, — для этого надо обладать невероятным терпением. Единственное, что меня сдерживало от бестактности, так это только понимание того, что они только встретились после долгой разлуки.

— Да, Глинская говорила, что Жанна для нее как будто родная сестра, — подтвердил Корчак.

— Они и есть родные сестры, — сообщил Дабл Ви, — во всяком случае по матери. — Ринго Стар поднял старые регистрационные записи в клинике, и выяснилось, что у них была общая мать. А скорее всего — и общий отец, все говорит о том, что тут была постоянная привязанность.

— Что с ними? — спросил Корчак, — с их родителями?

— Отца уже не найти, а мать сгинула на шахтах. Вы же знаете, женщины там редко доживают до пятидесяти.

— И все-таки, — Корчак приготовил два кофе и уселся в кресло напротив Дабл Ви, — объясните мне, что происходит, каким образом вы все оказались здесь. Я так ничего и не понял.

— Я капитулировал, я передал власть в Бодайбо вашей шестерке… вернее пятерке, — поправился он, взглянув на Корчака. — Я не могу сказать, что мне это нравится, но это все же лучшее по сравнению с тем, что могло произойти, если бы я продолжил это глупое и бессмысленное противостояние, которое ни к чему кроме жертв не привело бы.

— То есть, — не понял Корчак, — лагерь Бодайбо теперь под контролем вольных территорий? И как земное правительство смирилось с этим? Неужели обошлось без столкновения?

— Они не знают! — усмехнулся Дабл Ви, — эти дураки до сих пор не поняли, что лагерь больше не их. Там есть комендант земного правительства, но этот комендант — ваш знакомый генерал Кидд, который с энтузиазмом и наслаждением водит столичных чиновников за нос. Лагерь под контролем ревизора Такэды Рин, но этот так называемый ревизор, — тут он скорчил пренебрежительную физиономию, — просто подписывает решения вашей компашки и никаких самостоятельных решений не принимает.

— Хотя, — Дабл Ви на мгновение остановился и задумался, — я думаю, что ревизоры-то как раз в курсе того, что происходит на самом деле, и они только делают вид, что ничего не замечают, выдерживают паузу, чтобы в нужный момент стать на сторону того, кто одержит верх.

— А вы?

— А что я! Я уже в достаточном возрасте для того, чтобы позволить себе выйти в отставку! Уеду на Безмятежные Острова, буду там рыбачить с другом Сокаку и писать мемуары.

— Сокаку! — Корчаку вдруг стало стыдно, что он не интересовался судьбой Такэды Сокаку после того, как оказался здесь. — Что стало с Такэда Сокаку?

— А чего может статься с этим хитрым лисом, способным обвести вокруг пальца саму смерть! Сидит себе на Безмятежных островах и делает вид, что ничем не интересуется. Но, сдается мне, что он играет не последнюю скрипку в нынешних событиях, и думаю, готовит потихоньку себе какое-нибудь местечко в вашем новом правительстве.

— А Анна, — спросил Корчак с замирающим сердцем, — что с Анной?

— Анна? — подчеркнуто равнодушно спросил Дабл Ви, — Анна теперь важный человек! Ревизоры вдруг вспомнили, что она — единственная из их сообщества, кто знает лагерную жизнь изнутри, и им зачем-то срочно потребовалось это знание. Она теперь носится по всему миру, и ее почти не бывает в Бодайбо. Но, — он хитро посмотрел на Корчака, — каждый раз она зачем-то норовит проложить свой путь через этот ваш городок. Но, не выходит пока! Регулярного сообщения нет, мы добирались две недели, и это, как сказал ваш друг Ньютон, еще быстро.

— Две недели? Но зачем? Я так и не понял, с какой целью вы-то тут оказались.

— Они благородные противники, Корчак! Когда они принимали мою капитуляцию, генерал Венк поклялся показать мне, какой станет жизнь в Лагере под их управлением, и он — выполняет обещание. Они показали мне все. Как живут здесь бывшие лагерники, как у них организовано управление городом. Они не таясь показали мне даже те боевые летательные аппараты, что гнездятся здесь, на вашем аэродроме. Страшное, убийственное оружие, которое могло бы полностью уничтожить наши лагеря, и которое, им хватило разума и благородства, не пустить в ход. А дальше я полечу с этого вашего аэродрома, вместе с Глинской в город Уадан, который они называют самым древним городом Земли и который символически сделали своей столицей. Глинская летит работать, а я — продолжать мою образовательную экскурсию. А потом… потом я отправлюсь доживать свой век на Острова, потому что в вашем, новом мире, места для меня нет. Надеюсь, ваше новое правительство не станет отбирать положенную мне пенсию.

— Это неправда! — воскликнул Корчак, — для вас будет место везде. Вы — один из нас, вы — такой же гений, как любой обитатель центра Ч. Такие гениальные организаторы и руководители как вы — они нужны в любом мире.

— Руководство и организация, — усмехнулся Дабл Ви, — это прежде всего опыт! Ваша математика, Корчак, она неизменна при любом общественном строе. Но кому в вашем новом мире нужен опыт организации рабов! Кому теперь потребуется опыт управления рабами!

Заиграла музыка звонка. Это вернулись Ньютон, Глинская и Жанна.

— Я посижу здесь, у вас! — воскликнула Жанна, — мне надо прийти в себя, мой разум не в состоянии принять все это сразу. Целый дом! Столько комнат, столько вещей, огромная клумба с цветами — и все это для меня!

Она повернулась к Ньютону:

— Это все ведь для меня, правда?

Тот вновь расплылся в улыбке до ушей.

— Я же говорил вам, когда мы еще ехали сюда, что тут не хуже, чем на Безмятежных островах!

— А что вы знаете о Безмятежный островах! — усмехнулся Дабл Ви. — Как вы можете сравнивать с тем, о чем не знаете. Вас, лагерников, вывозят после школы на коротенькую демонстрационную экскурсию якобы на острова, чтобы заморочить вам мозги, но это ведь ничего общего с реальностью не имеет.

— На самом деле вы, конечно правы, — согласилась с ним Жанна, — любой лагерник представляет Безмятежные острова, как место, где все время тепло, где можно питаться вкусной едой без ограничений, где у тебя будет собственное спальное место, а вместо того, чтобы работать, все купаются в море. И всё! Больше он ничего не может представить, потому что ни о чем больше не знает. Он понятия не имеет, что может быть что-то еще, как здесь.

— Ну, давайте выпьем еще кофе, — и в дорогу, — скомандовал Ньютон, посмотрев на часы.

Он повернулся к Жанне:

— Мы с Яном обязательно поможем вам обустроиться, но сейчас надо проводить наших друзей в дорогу. Самолет в Уадан отправляется через два часа. Комендант попросил меня проследить, чтобы никто не опоздал.

— А следующий когда полетит? — спросил Дабл Ви.

— Через два дня!

— Тогда я лечу один! — скомандовал Дабл Ви, — а вы, Елена, полетите следующим самолетом, вам, в вашем положении не стоит напрягаться.

— В каком положении? — удивился Корчак.

— У нее будет ребенок, — пояснил Дабл Ви, — у нее и у Ринго Стара будет ребенок. Пока вас не было, Ян, центр Ч стал стремительно превращаться в семейное общежитие. Вам надо сделать паузу, Елена. Все-таки, если после двух недель дороги у вас появилась возможность передохнуть, надо передохнуть.

— Что же вы меня не предупредили, — воскликнул Ньютон, — мы бы ехали поаккуратнее!

— Куда уж аккуратнее, — засмеялась Елена, — мы ехали с максимальным комфортом, спасибо вам. Не волнуйтесь, беременность не болезнь, а у меня даже еще ничего не видно. — она нежно погладила свой живот.

— Оставайся, — ну, пожалуйста! — попросила Жанна, — твоя конференция начинается в четверг, ты вполне успеешь. А у нас будет еще целых два дня, чтобы поговорить. Да и мне легче будет освоиться, если ты будешь рядом!

— Конечно! Даже разговора нет, она остается — воскликнул Дабл Ви, — я же вижу, что вы еще не наговорились после разлуки!

— Никуда не пускайте ее, Корчак, — скомандовал он, и ухватив Ньютона за руку, выскочил за дверь.

Комментарии   

0 #1 Жень Сапфиров 07.07.2017 15:59
Ну это у вас уже ненаучная фантастика пошла!Как можно сдать лагерь так чтобы правительство это не заметило?Я бы мог такое представить если бы события романа происходили на другой планете.Но только на Земле.
Цитировать

Добавить комментарий

Чтобы ваш комментарий сразу появился на странице, авторизуйтесь, щелкнув по иконке любой социальной сети внизу. Анонимные комментарии публикуются только после проверки модератором.


Защитный код
Обновить



Яндекс.Метрика
Дизайн A4J

Карта сайта