Когда он вошёл на ужин, боль вдруг резко отпустила его.

Он разложил на тарелке еду, сел за столик, внимая тихой фоновой музыке, и вдруг понял, что этот новый мир, который окружал его, был теперь его жилым домом. И в этом доме Полли уже не было места. Она была уместна в качестве легкого светлого воспоминания, в виде портрета в рамочке на стене. Но переместить сюда ее саму было решительно невозможно, она была бы здесь чужеродным предметом.

Те душевные связи, которые были между ними в лагере, тут не имели никакого значения. Он вдруг понял — то, что держало его в напряжении в эти дни, не было теми самыми связями. Это было просто чувство ответственности за судьбу некогда близкого человека.

И теперь у Полли все было хорошо, она не страдала, она была счастлива, и он осознал, что в том новом счастье, которое пришло к Полли, ему уже тоже не было места. Просто Полли поняла это раньше, чем он. Он больше не был нужен ей, она больше не была нужна ему.

— Можно разделить с вами ваш столик? —подсела к нему Шарлотта Бронте, с ней была незнакомая ему девушка.

— Конечно, милые дамы, компания — это как раз то, что нужно мне сейчас.

— Я — Анна Клевская, — представилась спутница Шарлотты.

— Мы все знаем, — сочувственно сказала Шарлотта, — тут ведь у нас ничего не скроешь. Только не обижайтесь пожалуйста, на то, что я скажу, но то что случилось, это лучшее, что могло бы произойти. Если вы ее действительно любили, вы должны понять, что здесь бы она не была бы счастлива. Она бы страдала здесь.

— Я это понял, — сказал Корчак, — я отпустил ее.

— Может быть я скажу банальность, — заметила Анна Клевская, — но вы ведь еще не знаете, как будут разворачиваться события здесь, и как знать, может быть тут вы найдете новое счастье, и оно будет настоящим?

— На что ты его подбиваешь, — толкнула ее Шарлотта. — Постоянные связи — это преступление. Нет, Ян, уверяю вас, тут вам никаких постоянных связей завязать не удастся. Да вы и не будете к этому стремиться. При таком выборе, как у нас. Вам какие женщины больше нравятся, как я или как Анна?

Они действительно принадлежали к противоположным типам женщин.

Шарлотта была маленькой смуглой брюнеткой, с подростковой, немного даже инфантильной, фигурой. Отчасти она даже смахивала на мальчика, однако все ее естество, мимика, каждый жест источали такую женственность и сексуальность, что было очевидно, любой мужчина кинется выполнять малейший ее каприз, стоит ей поманить его пальчиком.

Анна была статной, крупной блондинкой. Тем не менее, она, благодаря высокому росту — выглядела стройной и изящной. Это был тот самый тип женщин, при взгляде на который у мужчины возникает животное стремление спариться, так как именно такой тип самки соответствует «идеальной матери» для его детей с биологической точки зрения.

— Ну я даже не знаю, — искренне признался Ян, — тут пока не попробуешь…

Шарлотта восторженно взвизгнула и хлопнула в ладоши.

— Вы слышали? Вы слышали, как он сказал? Пока не попробуешь! Какая прелесть!

Она бросила свою тарелку и умчалась к соседнему столику поделиться впечатлением.

— Кажется, я сказал, что-то очень пошлое и похабное! — смущенно сказал Ян Анне, — извините пожалуйста. Мне очень стыдно. И особенно стыдно, что я не успел удержать Шарлотту и об этом сейчас узнают все.

— Просто вы в очередной раз станете местным героем, — улыбнулась Анна, — мужчины зауважают вас, потому что вы сказали то, чего они сами никогда не скажут. А женщины… посмотрите, как на вас смотрят женщины из-за соседних столиков, это не просто любопытство, а любопытство доброжелательное.

— Но вы не обиделись?

— Моя профессия — психостатистика. Это значит, что я знаю, о чем думают люди, а иногда и умею читать их мысли. Вот сейчас я читаю мысли женщин в зале и знаю, что они думают про вас.

— Расскажите!

— Между нами, любая женщина мечтает о том, чтобы ее «попробовали». Но ей совсем не безразлично, в каком качестве ее будут пробовать. Одно дело, если вы пробуете женщину как тайну, как загадку, чтобы приобщиться к этой тайне и отгадать загадку. Любая женщина совсем не против, чтобы стать предметом такой тайны. И совсем иное дело, если вы хотите попробовать женщину словно сэндвич, чтобы просто удовлетворить чувство своего сексуального голода. Мысль о том, что она всего лишь «жратва» — омерзительна любой женщине. И вот сейчас, Ян, Шарлотта оповестила всех женщин о том, что в зале находится рыцарь, стремящийся разгадать их тайну. В иное время, в иных условиях, ваша эта оговорка, могла быть воспринята по-разному, но сейчас все женщины узнали о ней именно так, как ее услышала Шарлотта.

— Вы провели такой глубокий анализ всего это за несколько секунд, — изумился Корчак.

— Это моя профессия, а я свою профессию очень люблю.

Примчалась Шарлотта.

— Мы, собственно, почему к вам подсели, — сказала Анна, — у нас вечеринка, мы хотели вас пригласить.

— Это как раз напротив вашего номера, у Рабиндраната Тагора, — уточнила Шарлотта, — идете?

— Почему бы нет.

— Тогда с вас — вклад, две бутылки шампанского. Вы ведь еще не получали свою норму спиртного? Зайдите поле ужина к завхозу, вам полагается шесть бутылок в месяц, возьмите две.

— Мы будем пить алкоголь? — ужаснулся Корчак.

— Вы можете не пить, — сказала Анна, — но шампанское — это часть ритуала игры. Без него игры не получится.

— Вечеринка будет с блэк-джеком и шлюхами! — многозначительно пообещала Шарлотта.

После ужина, Ян зашел к завхозу — за шампанским. Тот подмигнул ему: «Играть будете? В первый раз? Удачи, парень!»

У Тагора собралось десять человек. Пять мужчин и пять женщин. Кого-то Корчак знал: Шарлотту, Анну, Тагора, Ринго Стара, Елену Глинскую, другие были ему знакомы внешне, но имен он их не помнил, хотя они и представлялись ему в первый день. Так что вечеринка была кстати, Корчак решил потихоньку, по ходу дела узнать и запомнить имена всех.

Кресел было только три, но Тагор вытащил из шкафа мягкие коврики и все с комфортом расположились на них.

— Внимание, — провозгласил Тагор! — играем пять на пять, но у нас — один новичок!

— Четыре на четыре, — сказала вдруг Анна, — Пусть Корчак первый раз только смотрит, так он лучше усвоит правила. Тем более, по мне, так смотреть интереснее, чем играть.

— Но женщин — пять, — возразил Стар.

— Я тоже не буду играть. Корчак будет смотреть игру, а я буду смотреть на Корчака. Подглядывать за подглядывающим — самое интересное. Буду объяснять ему правила по ходу дела.

Рабиндранат Тагор, достал из кулбара одну из бутылок шампанского и ловким движением сорвал обертку с горлышка. Раздался хлопок.

— Пейте, — сказала Анна, — это не то же самое, что гнусный лагерный самогон, но не переусердствуйте, это очень коварный напиток.

Напиток напоминал содовую и был очень приятен на вкус. Опьянения не последовало, но Ян ощутил, что все стеснение, сковывающее его, улетучилось. Его больше не смущали откровенные разговоры и намеки, звучащие вокруг.

Им с Анной предоставили в распоряжение два кресла, «как зрителям».

Анна стала объяснять правила игры. Кидаются четыре кубика с нанесенными на грани цифрами. Первая пара кубиков определяет случайным образом пару, которая будет в игре: мужчину и женщину. Между ними по условиям игры должно произойти «нечто». Это «нечто» — «всегда довольно невинно, но всегда очень возбуждающе», — пояснила Анна.

Вторая пара кубиков, определяет задание, какое именно «нечто» должна сделать пара.

Однако «нечто» в одетом виде не получится. Поэтому игра делится на два этапа — на раздевание, и на собственно игру. На первом этапе, если какой-то предмет одежды мешает совершить «нечто», обладатель должен этот предмет снять, после чего ход переходит к следующей паре. И так до тех пор, пока не останется предметов одежды, мешающих делать «нечто».

Раздевание — самое интересное, — пояснила Анна. Потому что, когда все уже разделись, то «мозги уже ни у кого не включаются». А на этапе раздевания, существуют тактики и стратегии, хитрые уловки и приемы, позволяющие остаться одетым, когда другие уже разделись.

— Зачем? — удивился Корчак.

—  Кто первый останется без одежды, тот на следующую игру «проставляется», всё шампанское за его счет.

— И вместо кого я сегодня выставил шампанское? — поинтересовался Корчак.

— Вместо меня. Но не жмотничайте, это тоже традиция, новичок — проставляется всегда.

Этап раздевания был веселым. Кто только как не ухищрялся: Многие надели несколько слоев одежды. Существовали правила. Например, два одинаковых предмета одежды один поверх другого были запрещены. Периодически возникал смех и шутливые споры. Бюстгальтер на мужчине считается? А шорты под юбкой? Кулон и бусы — это два разных предмета одежды? Вообще не предмет? Все эти шутки очевидно были частью ритуала.

— Смотрите, вам не кажется, что Шарлота нарочно проигрывает?

Действительно, на Шарлоте оставались одни трусики. И она вновь проиграла.

Все заиграли на губах какой-то марш, изображая оркестр. Шарлота вскочила на свободное кресло и исполнила изящный танец, постепенно снимая трусики, которые стала потом раскручивать над головой. Это было красиво. И вдруг Шарлота развернулась и швырнула трусики прямо в лицо Корчаку. Он опешил, но раздавшиеся аплодисменты показали, что так и должно быть.

— Вас выбрали, и вы принимаете у себя в комнате следующую игру, — прокомментировала Анна, — забирайте и прячьте их в карман, это ваш трофей.

Корчак так и сделал под общий смех.

Шарлота спрыгнула и расположилась сзади за креслом Корчака. Меж тем, следующая пара была видимо уже достаточно обнажена, чтобы сделать это самое «нечто».

— Начинается, — прошептала Шарлота.

То, что происходило перед ними, было довольно далеко от «невинного, но возбуждающего», обещанного Анной. «Невинностью» тут и не пахло. Корчак испытал неловкость, ему казалось, что все сейчас провалятся под землю от стыда. Но нет, ничего подобного, все с жадностью смотрели на происходящее безобразие, и Корчак постепенно подался общему возбуждению.

Внезапно, его кресло покосилось, это Шарлотта вскочила коленями на подлокотник и потянулась, опершись о его плечи, чтобы лучше видеть. Ее грудь коснулась его щеки.

Ян потерял голову. Он сам не понял, как это произошло. Поднырнув под грудь Шарлоты, он взвалил ее на плечи, и быстро понес в свою комнату.

Вслед ему раздалось восторженное улюлюканье.

Корчак ногой захлопнул за собой дверь, подцепил локтем рычаг, и швырнул Шарлотту через голову на опустившуюся кровать. В полете она закричала, но это был крик не страха, а восторга.

Комментарии   

+2 #4 Andrey Shipilov 21.10.2016 19:07
Цитирую pavel:
Эх. Лучше бы разом все выложили) Мучаете читателя.


Так автор сам еще не знает до конца, чем всё кончится. Роман пишется прямо у вас на глазах, в реальном времени.
Цитировать
+1 #3 pavel 18.10.2016 12:14
Эх. Лучше бы разом все выложили) Мучаете читателя.
Цитировать
+5 #2 Andrey Shipilov 17.10.2016 20:11
Цитирую макс:
так всё интересно начиналось,
кончилось банальной пошлятиной


Гм, и кто вам сказал, что "кончилось".
Уверяю вас, еще не начиналось!
Цитировать
-4 #1 макс 17.10.2016 07:56
так всё интересно начиналось,
кончилось банальной пошлятиной
Цитировать

Добавить комментарий

Чтобы ваш комментарий сразу появился на странице, авторизуйтесь, щелкнув по иконке любой социальной сети внизу. Анонимные комментарии публикуются только после проверки модератором.


Защитный код
Обновить


Статьи из категории «И Упало Слово»

Все статьи категории


Яндекс.Метрика
Дизайн A4J

Карта сайта