«Есть вопросы, ответы на которые вы должны найти самостоятельно» — сказал комендант.

Да, вопросов у Корчака было много. И он не сомневался, что задай он эти вопросы, Дабл Ви или соседям по общежитию, он бы тут же получил ответы, и ответы эти были бы правильными.

Но Корчак понимал, что эти ответы будут слишком «простыми». Получая готовые ответы на сложные вопросы, он упустил бы то огромное количество деталей и нюансов, которые постиг бы, если бы шел к ответу самостоятельно. И как знать, вполне возможно именно в этих нюансах и заключалось самое главное.

«Я попал сюда из лагеря, так же, как и вы», — сказал Рабиндранат Тагор.

«Вы выбились из лагерных работников?» — спросил его Такэда.

Значит — сюда можно было попасть не из лагеря. Но откуда? Такого места «вне лагеря», в мире, который до сих пор окружал Корчака — не существовало!

Мир, в котором до сих пор жил Корчак, был устроен просто и понятно. Лагерь был центром мироздания и его сутью. Человек рождался в Лагере, жил в Лагере, и единственным способом покинуть Лагерь при жизни — было заболеть раком и отправится на Безмятежные Острова.

Но Острова, хотя сами и не являлись Лагерем, были неразрывно связаны с ним, ведь попасть туда, минуя Лагерь было невозможно. Во всяком случае так было в том мире, где жил Корчак.

И сейчас вдруг перед Корчаком возникли очертания некоего места, которое не было Лагерем, но не являлось очевидно и Безмятежными Островами.

Дети, родившиеся в лагере, не знали своих родителей. Женщины и мужчины хоть и жили в разных бараках, но работали бок о бок и свободно общались между собой. Постоянные связи были запрещены, но случайные сексуальные отношения, наоборот, всячески поощрялись. Лагерю были остро нужны дети, будущие работники. Забеременевшая женщина получала множество льгот, перевод на легкую работу, сокращенный рабочий день и специальную обильную витаминизированную диету.

Ребенка она видела только в момент родов, он отнимался от матери и передавался в руки квалифицированных медиков-воспитателей. Но за матерью после родов льготы в порядке поощрения сохранялись еще полгода.

После яслей, детского сада и школы у ребенка были только две дороги, и они не особо отличались. Подавляющее большинство попадало на заводы, шахты, в обслугу, короче — в простые лагерные работники. Но те, кто проявил у себя какой-нибудь талант, при наличии благоволения школьного руководства, могли пройти дополнительное обучение и стать «специалистом»: медиком, инженером, завхозом или производственным руководителем: мастером, бригадиром, прорабом. Последних в среде работников звали «начальнички», именно так, с суфксом «чк», в отличие от администрации — «настоящих начальников».

Хотя «специалисты» и «начальнички» и имели определенные бытовые привилегии, они относились к тем же лагерным работникам, и в административной табели о рангах ничем от них не отличались. Впрочем, упомянутых «бытовых привилегий» им формально тоже не полагалось, просто большинство из них использовало служебное положение и служебные возможности, чтобы «неофициально» облегчить себе жизнь, и на это прикрывали глаза.

Например, Корчак, будучи в управлении ведущим специалистом, обустроил у себя в лаборатории «нелегальное» спальное место, собранное из старых столов, и обычно ночевал там, а не в душном вонючем бараке. Все об этом знали, но относились с пониманием: и работники, и начальство. Однако платой за это удобство была необходимость вставать на 40 минут раньше и бежать к своему бараку — на построение. И там, на построении, рядом с ним стоял в строю старший врач лагерной амбулатории — точно так же прибегавший на построение, как и Корчак.

Настоящими «начальниками» были представители лагерной администрации. Они одевались в хорошую одежду, хорошо питались, жили в благоустроенных помещениях. И, самое главное — у каждого из них была абсолютная власть над любым из лагерных работников. Но попасть в лагерную администрацию минуя лагерь, также было невозможно. В лагерную администрацию попадали те работники лагеря, кто заболевал легкой формой рака, недостаточной для отправки на Острова, и другого способа попасть туда — не существовало.

А еще было мировое правительство и мировая администрация. Они формировались из людей, которые будучи отправлены на Безмятежные Острова, добровольно, во имя всеобщего блага, отказывались от отдыха и брали на себя административные функции мирового управления. Во всяком случае так учили Корчака в школе на уроках Конституции.

В этом мире, в этой системе невозможно было существование людей, которые никогда не были в Лагере. И вот буквально в течение суток Корчак получил по крайней мере два, хотя и косвенных свидетельства, что такие люди — существуют.

Он взял лист бумаги и начертил схему общественного устроения Земли. И слева вверху над этой схемой нарисовал облачко, которой должно было символизировать место, где обитают такие люди. Подписал его «Тайный мир».

И задумался.

Был еще один факт. Оказываются существовали еще и люди, которые попадали в администрацию лагеря или даже в структуру мирового правительства не потому что заболели «легким раком», а потому, что просто потребовались там. Этот факт не требовал доказательств. Корчак сам был таким человеком.

«Конечно в вашей лагерной карте напишут какой-нибудь диагноз... Мы всегда так делаем», — признался Дабл Ви. Но слово «всегда» в этой фразе могло иметь два смысла. «Мы это делаем всегда, когда возникает в этом потребность» или «Мы делаем это всегда вообще».

Поразмыслив, Корчак признал, что второй смысл —всего ближе к истине. Как математик он вдруг сразу понял, безо всяких расчетов, что количество сотрудников лагерной администрации намного больше, чем возможная статистическая частота заболевания «легким раком». Он удивился, как такая простая мысль не пришла ему в голову раньше. Еще немного подумав, он вообще усомнился в существования такого заболевания, как «легкий рак». Ведь механизмы развития любого рака — одинаковы. И если серьезный рак требовал создания для каждого больного очень дорогой индивидуальной вакцины, нацеленной именно на его раковые клетки, то вряд ли более легкие формы излечивались всего несколькими таблетками.

Как бы то ни было, вся история о «переводе заболевших легким раком в лагерную администрацию» очевидно была мифом. А раз одно звено известной Корчаку мировой административной системы оказалось враньем, то где гарантия, что и другие окажутся правдой?

Он еще немного подумал и написал в облачке «Тайного мира» два имени: «Дабл Ви» и «Такэда». И тот, и другой, Ян был уверен в этом, никогда не были лагерными работниками. Но и доказательств у него пока не было. Поэтому он поставил напротив имен два жирных знака вопроса.

Раздался писк и замигала лампочка превмопочты. Корчак достал цилиндр с посланием. Медицинское управление приглашало Януша Корчака в любое удобное для него время посетить клинику С-34 для беседы с пациенткой Полли Пламмер.

Он сбежал вниз по лестнице и спросил у вахтера, как добраться.

— Это далеко, — ответил тот, справившись по книге, — я сейчас вызову для вас коптер. Кстати, вам дали неограниченный абонемент, можете пользоваться коптерами, когда хотите, хоть даже чтобы долететь до соседнего корпуса.

Уже через 15 минут Ян был в клинике. Полли взволновано бросилась к нему навстречу:

— Что происходит, Ян? Меня не хотят отправить на Острова, говорят, что из-за тебя!

— Ты можешь отправиться на Острова, когда захочешь, милая, — обнял ее Ян. — Но в этом уже нет необходимости. Мы теперь можем быть вместе там, где почти так же хорошо, как на Островах.

Он стал рассказывать ей о своем новом статусе, о том, что он теперь работает на мировое правительство. Об условиях жизни в Центре Ч, и о том, что ей там тоже найдут место и подходящую работу.

— Работу, Ян? Я же заслужила отдых на островах.

— Это не лагерная работа, Полли. Это вообще не работа в нашем понимании. Ты будешь заниматься тем, что тебе по душе.

— Я не хочу ничем заниматься, Ян, я хочу отдыхать! Неужели я не заслужила?

— Хорошо! Я добьюсь, чтобы тебе ничем не пришлось заниматься, я думаю, что мне пойдут навстречу. Я слишком важен для них, чтобы мне не сделали такую уступку.

— Ян! Это же все равно не будут Безмятежные Острова! Как бы ни хорошо было это место куда ты меня зовешь, это — не Острова!

Ян замолк, не зная, что ответить.

— Если ты теперь такой большой начальник, Ян, то зачем тебе такая простая работница, как я? Ты можешь найти себе множество других женщин, лучше меня. Зачем ты держишь меня здесь?

— Я не держу тебя, ты можешь ехать на Острова, Полли. Просто я думал, что ты любишь меня и захочешь быть со мной.

— Я люблю тебя, Ян, я очень тебя люблю. Но ведь это Острова, Ян! Это то, ради чего вообще человек живет на свете. Только один раз в жизни бывает шанс попасть туда, не отнимай его у меня, Ян!

Когда он вышел, за дверью его ждал начальник госпиталя.

— Какие будут распоряжения, относительно этой работницы? — спросил он, — у меня помечено, что это вы должны принять решение. Но я хочу предупредить, если вы не разрешите отправлять ее на Острова, то она может прибегнуть к «Слову и делу», она грозилась. Мне бы не хотелось доводить до этого.

— Пусть она принимает решение сама, — ответил Ян, — действуйте в соответствии с ее пожеланиями.

Комментарии   

+3 #2 Владимир Андреевич 14.10.2016 22:29
Супер, спасибо за книгу!
Цитировать
+1 #1 WarGot 13.10.2016 20:52
Жёсткий и быстрый поворот. Сначала ожидал каких-то соплей, а потом понял что и было бы в реальности, быстро и легко. Сложно отказаться от билета в рай, когда ты жил только ради этого
Цитировать

Добавить комментарий

Чтобы ваш комментарий сразу появился на странице, авторизуйтесь, щелкнув по иконке любой социальной сети внизу. Анонимные комментарии публикуются только после проверки модератором.


Защитный код
Обновить



Яндекс.Метрика
Дизайн A4J

Карта сайта