Если пройти всего 500 метров на восток от фешенебельного курорта Корал Бэй в Пафосе, то в можно наткнуться на неожиданное. Старые полузаросшие траншеи, выполненные по всем правилам военной фортификации, железобетонные куполы долговременных огневых точек через каждые 100 метров, которые вполне еще сохранились и даже готовы к использованию.

Всего в полукилометре — жилой район, где полно местных мальчишек.

Казалось бы, сам бог велел проводить тут целые дни, играя в войну в обстановке настоящей «боевой романтики». Но тут почему-то никогда не бывает никого из местных. Только изредка забредают туристы с фотоаппаратами.

История этого укрепрайона такая.

В 1974 году, во время Кипрско-Турецкого конфликта, когда шли бои на северной части Кипра, под угрозой оказался кирпский город Пафос. Он был надежно защищен с Севера, но огромная протяженная линия юго-западного морского побережья оказалась без какой-либо защиты. И если бы тут высадился турецкий десант, он бы не встретил никакого сопротивления.

Самые боеспособные и опытные части армии Кипра вели бои на севере, техники и солдат критически не хватало. И потому для укрепления южного берега были направлены новобранцы, чья задача сводилась лишь к тому, чтобы задержать турецкий десант до подхода основных сил. Восемнадцатилетние мальчишки, вчерашние школьники, высадились на южном берегу и стали спешно строить укрепления.

 

укрепрайон

 

ukrep1

 

ukrep2

 

Времени было мало, и укрепления строились самые примитивные, не рассчитанные не долгую оборону. Они смогли бы выстоять в случае атаки лишь 1-2 дня.

И каждый из этих мальчишек знал, что им всем предстоит погибнуть, если тут появится турецкая армия.

Но каждый знал, что именно эти 1-2 дня были бы решающими. Их было бы достаточно для того, задержать турецкий десант до того момента, когда месту высадки подоспели бы профессиональные войска с тяжелой техникой, снятые с менее критичных направлений. И эти мальчишки, почти дети, копали траншеи и сознательно готовились отдать свои жизни.

Судьба благоволила к этим парням. Турки на южном берегу так и не высадились, помешал почти комический инцидент, вошедший в историю, как «Морское сражение у Пафоса». Никто не погиб, все остались живы.

Сейчас все эти парни уже пенсионеры. И все они пользуются большим уважением. Не потому, что проявили героизм в бою, а потому что без колебаний были готовы в тот момент пожертвовать своей жизнью, а ведь это — уже подвиг.

Казалось бы, сам бог велел им собираться в годовщину тех сражений, чтобы посидеть за общим столом, поднять бокалы в память ушедших друзей, вспомнить боевое прошлое, пройтись торжественным маршем по улице города.

Но они не собираются. И даже стараются не вспоминать о тех днях, никак не афишируют свое участие и даже скрывают его. И никто, ни они сами, ни их дети, ни внуки, не вешают на свои машины лозунги «можем повторить».

Впрочем, я хотел рассказать не об этом.

В момент вторжения Турецкая армия, пользуясь фактором внезапности и политическим кризисом (в тот момент на Кипре вообще отсутствовало какое-либо легитимное правительство) захватила всю северную часть острова. Но потом в течение года у греков-киприотов несколько раз появлялась возможность взять реванш.

Турция была признана агрессором и оказалась в международной изоляции. СССР изъявил готовность дать Кипру «в рассрочку» (а фактически — подарить) самое современное оружие в любом количестве, и более того, пообещал, что «не будет препятствовать выезду на Кипр добровольцев, желающих помочь армии Кипра». А греческие и болгарские «добровольцы» уже начали прибывать на остров, причем со своим оружием.

Но Кипр почему-то твердо и непреклонно отказался от подобного рода помощи. И для меня всегда было загадкой, почему!

И вот, когда я вдруг узнал, что один из моих друзей-киприотов был тем самым «новобранцем», державшим оборону на южном пляже, я не удержался и задал ему этот вопрос, почему Кипр не попытался вернуть потерянные территории, когда представилась такая возможность?

Он посмотрел на меня, как на малое и неразумное дитя, не понимающее очевидных вещей. «За свободу нужно сражаться и можно умереть, — сказал он мне, — но именно за свободу, а не за территории. За много столетий непрерывных войн, — сказал он мне, — наш народ понял очень простую истину — ни одна земля не стоит пролитой за нее человеческой крови».

Удивительное дело, ответив на один мой вопрос, он дал мне ответ и на другой вопрос, который занимал меня долгое время.

Когда ООН замеряет свои «индексы счастья» в разных странах, киприоты неизменно оказываются в числе самых счастливых людей на земле. Когда всякие международные медицинские организации определяют качество жизни стариков в разных странах, неизменно выясняется, что у киприотов это качество одно из самых высоких в мире. Если зайти на любое кипрское кладбище и почитать надгробные надписи, то вы без труда заметите, что возраст большинства усопших переваливает за 90 лет.

Меня всегда поражала жизнерадостность киприотов, их потрясающая невозмутимость, и их удивительная способность «не замечать» и игнорировать такие неприятности, которые напрочь выбили бы из колеи жителя любой другой страны.

Теперь я знаю в чем дело.

Вся сложная многовековая история Кипра позволила этому народу постичь важнейшую истину — нет в мире никакой проблемы или задачи, даже самой важной, ради которой можно было бы пожертвовать или пренебречь интересами человека и тем более его жизнью или достоинством.

Так вот, если вы когда-нибудь захотите постичь высшую мудрость этой жизни, то ищите ее у того народа, который постиг истину о том, что «никакие территории не стоят пролитой за них крови».

Добавить комментарий

Чтобы ваш комментарий сразу появился на странице, авторизуйтесь, щелкнув по иконке любой социальной сети внизу. Анонимные комментарии публикуются только после проверки модератором.


Защитный код
Обновить



Яндекс.Метрика
Дизайн A4J

Карта сайта